Александр Шадрин: «Не глазами рисуют, а чувствами»

Заслуженный и народный художник Мордовии, лауреат Государственной премии и обладатель еще множества наград Александр Шадрин в жизни человек очень скромный, застенчивый, а еще очень лучистый. Таких сегодня немного…

Первое впечатление от экспозиции работ братьев Александра и Владимира Шадриных, которая в пятницу открылась в городском музее — удивительная свобода: мысли, пространства, художественных стилей. «Натюрморт с рюмкой» — сколько подобных работ в мире, но только в графине Александра Шадрина поместились голубое небо, старый дом и окно в поле. На небольшом пространстве музейного зала собраны импрессионизм, реализм, графика — не замершая, живая, объемная, как в работах знаменитого Эрьзи («Портрет Кульминой»). Как в русской народной сказке, в работах встречаются быль и не быль, и хочется раствориться в таком космическом пространстве «Уходящего дня». Художники специально не отбирали картины, в Саров приехали те из них, которые «жили» в мастерских.

Архип Куинджи и братья Шадрины — разные школы, разные стили, но есть в их картинах общее — чарующее мягкое свечение. Флером романтизма овеяна картина Александра Шадрина с простым, даже грубоватым, названием «Мужик на крыльце». Наверное, этот диссонанс намерен, чтобы еще раз напомнить — высокое живет в каждом.

Александр Шадрин приехал в город буквально за пару минут до открытия выставки и с порога музея оказался в центре внимания первых посетителей выставки. Робко стоял, когда его представляли. Кажется, стеснялся собственных регалий и сразу честно всех предупредил: «Выступать я не умею, мне проще написать портрет…"

От Ленина к Пушкину
Именно так, а не наоборот. Свой портрет вождя мирового пролетариата, написанного под впечатлением от рассказа учителя истории, не забудет ни он сам, ни одноклассники. Ленин получился живее всех живых. На литературе с успехом рисовал Пушкина, Гоголя, Толстого. Учителя в один голос убеждали мальчишку — учись живописи. Как в воду глядели.

Одна на двоих
Александру только-только дали квартиру, через оконное стекло и увидел, как по белому снегу в фуфайках, переливающихся разноцветными «каменьями» — мазками красок, шли маляры. И он предложил брату написать такую картину. Мастерской не было — работали в той самой квартире. А полотно большое, чтобы посмотреть на него на расстоянии, приходилось выносить на улицу. И не раз, не два. Все-таки художники — по-хорошему сумасшедшие люди.
«Мне кажется, что нам и на половину не удалось передать той красоты», — робко произнес Александр Шадрин.
А зрители в очередной раз подарили сотню комплиментов их с братом детищу.

Они одной крови
И Степан Эрьзя, и братья Шадрины — эрзя. Александр Шадрин просто не мог не написать портрета знаменитого художника, скульптора. На конкурсе «Золотая палитра», посвященном 250-летию Академии художеств, проходившем в Саратове, мордовский художник за портрет земляка получил главный приз в номинации «Портрет».

— Это наша гордость, не зря Степана Эрьзя называли вторым Роденом. Я специально не стал показывать долотце — это лишнее, и ограничился скупой подачей. Мне кажется, достаточно этой деревянной скульптуры. Портрет художника писал по архивной черно-белой фотографии, а чтобы хоть как-то упростить себе задачу, находил людей похожих на него, — с упоением рассказывал мастер, — Кстати, а вы знаете, что и маринист Айвазовский использовал черно-белые фотографии? Я удивлялся — как ему удавалось запомнить увиденное. Секрет оказался прост.

И Александр Шадрин использует этот прием, когда его просят написать камерные портреты. Ведь не каждому заказчику хватает терпения позировать живописцу.

Серафим Саровский
Художник из Мордовии много слышал о саровском чудотворце, читал о нем и однажды решился написать картину: «Однажды я услышал рассказа о том, как Преподобный излечил умирающего больного. От рук святого человек чувствовал тепло, а из головы, как от слабого солнца, исходили лучи. И это отражено на картине. Работая над образом батюшки, я обращался и к прижизненному портрету Серафима Саровского, читал книгу Валентина Степашкина. Сложность работы над картиной заключалась в том, что сложно было совместить реализм и нереалистичность. Я рискнул, но не все задуманное удалось осуществить. Перед персональной выставкой за три недели пожарные неожиданно закрыли мастерские Союза художников».

Да и не нужно этого делать, ведь лишние детали отвлекали бы зрителей от батюшки. Глядя на картину, забываешь, что это всего лишь рисунок. На ней не образ, а живой человек с лучиками-морщинками вокруг глаз, с пушистой, чуть вьющейся бородой. Добрейшей души человек, до рук которого хочется коснуться. И лишь глядя на лучи головы святого, вспоминаешь, что все это дело рук того самого скромного человека в джинсах, очках, проехавшего сотни километров, чтобы успеть ко всем тем, кто пришел на открытие выставки братьев Шадриных в саровский городской музей.

Любовь Кяшкина, фото Анны Смирновой