Юбилей. Неизвестный Негин.

16 января исполнилось бы 90 лет одному из самых ярких ученых, директору РФЯЦ-ВНИИЭФ Евгению Аркадьевичу Негину. Он проработал в Институте почти 50 лет и внес бесценный вклад в его становление.

О жизни этого выдающегося ученого написано и сказано много. Его знали как грамотного специалиста, надежного организатора и управленца. А вот какой он человек, знали лишь члены семьи и ближайшее окружение. Своими воспоминаниями с нами поделилась младшая дочь Ольга Еманова, с которой мы встретились в доме Негиных на улице Зеленой. Он расположен в самом живописном месте нашего города и всегда открыт для гостей. Мы пили кофе за круглым дубовым столом (наверное, за тем самым, за которым когда-то собиралась вся семья), и Ольга Евгеньевна рассказывала о своем отце.

Евгений Аркадьевич приехал в Арзамас-16 через год после защиты диссертации в Академии им. Жуковского. Причем часто признавался, что это не входило в его планы, он даже поначалу сильно сомневался в правильности своего выбора. До приезда в наш город Е. А. Негин мечтал более плотно заняться педагогической деятельностью. Однако в КБ-11, куда он был зачислен после приезда на объект, быстро освоился и настолько увлекся новой работой, что вскоре стал заместителем начальника сектора по научным вопросам, а в 38 лет уже был главным конструктором.

— Я, конечно, о его работе знаю немного, — рассказывает Ольга Евгеньевна. — Но некоторые детские наблюдения все же остались. Знаю, что работа для него всегда стояла на первом месте, хотя и семью он не обделял вниманием. Во время его директорства объем деятельности Института увеличился в разы. Свободных минут не было даже дома, потому что работу он брал с собой. К нам частенько приезжали его подчиненные, с которыми он о чем-то долго беседовал в кабинете. Часто бывал начальник первого отдела Сергей Васильевич Васильченко, который приходил с большим чемоданом документов. Бывало, сидел у нас в выходные, ждал, пока отец закончит все дела. Бабушка суетилась и пыталась хотя бы чем-то накормить его, но он отказывался и стоически дожидался конца работы.

Ольга Евгеньевна вспоминает, что с того момента, как Евгений Аркадьевич вступил в должность директора, выходные для него перестали существовать вообще. Помимо организаторской работы он огромное внимание уделял проблемам своих сотрудников и в дни директорского приема (раньше так назывался прием граждан) возвращался домой за полночь.
— Когда я спрашивала, почему так долго, он отвечал: «Принял всех желающих без исключения». На мой немой вопрос «Почему?» отвечал всегда одинаково: «Люди пришли не просто так, у них есть веская причина». Нередко бывали визиты и домой. Как-то в 11 часов вечера пришла женщина с плачущим ребенком. Мачеха попыталась ей объяснить, что папа устал и не может ее принять. Отец, услышав это, вышел из кабинета и пригласил позднюю посетительницу пройти. Я не помню, что именно она просила, но что-то по части жилья. Отец помог ей.

О его теплых отношениях к подчиненным говорили многие. Знали и о его безграничной доброте и превосходном чувстве юмора. Несмотря на тотальную занятость, он выкраивал время для своих увлечений. Ольга Евгеньевна показала многочисленные старые снимки (многие, кстати, были сделаны им самим), на которых Евгений Аркадьевич ловит рыбу, гуляет в парке или отдыхает на природе. В конце 50-х годов он купил еще и немецкую кинокамеру, кинопроектор и экран и тогда семейный архив стал пополняться видеосюжетами. А еще Е. Негин очень любил собирать модели самолетов. Об этом пристрастии знали немногие, но из поездок он обязательно привозил коробку-две и часами мог пропадать за этим занятием. Весь его кабинет был заставлен лайнерами, и никому, даже всеми обожаемой домработнице тете Таисе, прикасаться к ним было категорически запрещено. Вообще, в быту Евгений Аркадьевич был неприхотлив. В том числе и в кулинарных предпочтениях. Он любил простую русскую кухню, а особенно — кислые щи.

— Как-то папа собирался в очередную командировку в Москву, а я тогда уже жила и училась в столице. Накануне позвонил мне и попросил приготовить… кислых щей. Утром с вокзала заехал, съел целую плошку и со словами: «Вот теперь у меня все получится» поехал по делам.

А еще Негин много читал. Он в равной степени любил и классику, и новинки. В домашней библиотеке насчитывается около 18 тысяч книг. В память об отце два стеллажа с научно-технической литературой Ольга Евгеньевна передала в ИФВ, где Евгений Аркадьевич проработал много лет. По ее мнению, эти книги еще могут принести немалую пользу. Но помнить об этом замечательном человеке внииэфовцы, да и все горожане будут не только по этому — год назад городская дума приняла решение о присвоении улицам Володарской и Тургенева имени Е. А. Негина.

— Эта идея появилась давно, но реализовать ее получилось только сейчас. А мне вдвойне приятно, потому что отца я обожала и у нас с ним были очень близкие отношения. Мама иногда даже шутила, что я люблю папу больше, чем ее. Может быть, в какой-то степени так оно и было, и он навсегда останется для меня главным человеком в жизни.