Главком ВМФ в гостях у института
В прошедшую среду в городе побывал главнокомандующий Военно-морским флотом Владимир Васильевич Масорин. В Саров он приехал впервые, и программа его была весьма насыщенной. Главком осмотрел Институт, встретился с руководством, а затем ответил на вопросы саровских журналистов на небольшой пресс-конференции, вместе с директором Института Радием Ивановичем Илькаевым.
— Вы сегодня здесь, министр обороны — в Нижнем. Чем это вызвано?
— В Нижнем Новгороде проводилось совещание Морской коллегии. Есть такой орган при Правительстве Российской Федерации. Я являюсь членом этой Морской коллегии. А руководит ею министр обороны. Проводится такое совещание раз в квартал. Это достаточно серьезное мероприятие, на него приглашаются губернаторы приморских и речных регионов, где есть флоты, представители промышленности, в зависимости от того, какой рассматривается вопрос.
В этот раз совещание коллегии проводилось в Нижнем Новгороде. Мы обсуждали вопрос строительства скоростного грузопассажирского флота. Это суда на подводных крыльях, на воздушной подушке, экранопланы. Проблем много. Скоростной флот мы потеряли. Есть заделы, идеи, образцы… А флота, как такового, нет.
Но главный вопрос — спрос. Кто же будет на них ездить, кто будет покупателем, на какие средства строить. Это очень серьезный вопрос, потому что будущее — за скоростным флотом. Давным-давно я видел детскую книжку «Транспорт будущего». Там были нарисованы фантастические поезда, самолеты, суда. Всё это уже есть. Но пока не находит спроса. И вот для того, чтобы дать толчок, проводилась эта Морская коллегия.
Министр обороны (он является председателем военно-технической комиссии и вице-премьером) проводил совещание с представителями науки и производства, не только оборонного. Радий Иванович там присутствовал…
Мы прилетели раньше, успели посмотреть всё, что относится к флоту. Я давно обещал приехать в Саров. И воспользовался возможностью.
Мы приехали сюда, чтобы посмотреть центр, потому что вслепую работать невозможно. Иногда мне докладывают, как обстоит дело, а если я сам не видел центра, не знаю людей, решение принимать трудно.
В ходе нашей работы сегодня принято несколько решений, которые сблизили наши позиции, намечены отдельные планы.
— Каким образом руководство ВМФ планирует использовать потенциал ВНИИЭФ?
— Мы уже давно используем его. Практически с первых дней создания центра. С первых ваших изделий. Тогда рассматривались способы их доставки: сначала авиационные средства, потом, как одно из самых надежных и безопасных, — подводные лодки.
И вот с тех пор идет теснейшая работа Ядерного центра с Военно-морским флотом.
Я первый раз здесь, а адмиралы, которые со мной прибыли, знают здесь практически всех. Знают возможности центра, его потенциал. Взаимодействие очень тесное. И работы производятся очень серьезные, не мне вам рассказывать.
Я всегда говорю тем людям, которые создают такое оружие и подводные лодки стратегического назначения: «Вы не оружие войны создаете, вы создаете оружие мира. Потому что стратегическое ядерное наше оружие предназначено в первую очередь не для поражения, не для ведения войны, а для сдерживания войны». Мы верим и надеемся, что, создавая более совершенное оружие, более совершенные системы, мы тем самым не даём агрессору развязать войну. И мы знаем, мы чувствуем, понимаем и слышим, даже от наших вероятных противников, что пока мы имеем такое вооружение, мы можем жить и работать спокойно.
— Радий Иванович, вам интересно работать с этим заказом?
— Вне всякого сомнения. Я считаю, что в ближайшее время, из-за ряда экономических проблем в стране, число носителей будет не очень большим. Я имею в виду как обычные, так и ядерные носители. Но, тем не менее, те боевые задачи, которые поставлены, надо решать, чтобы государство было защищено. Это можно сделать за счёт более эффективных средств оснащения.
Мы считаем, что наше оружие — очень высокого уровня, мирового уровня. Этот уровень мы будем поддерживать и сделаем так, чтобы оружие, которое разрабатывает наш центр, — и ядерное, и неядерное — было самого высокого качества. И это как раз то, что нужно именно сейчас, при ограниченном числе носителей — качество боевого оснащения. Нам, конечно, очень интересно работать с ВМФ. Задача трудная, серьезная, но вполне посильная для нашего прекрасного коллектива.
— Объемы оборонного заказа снизились?
В.В.Масорин:
— Они, может быть, снизились по отношению к периоду Советского Союза. Раньше у нас было огромное количество носителей и флот был — более тысячи кораблей и подводных лодок. Сегодня ни одна страна в мире не способна содержать такой флот. Более того, многие страны сокращают численность флотов, в том числе Соединенные Штаты. Правда, нужно отдать должное — у них очень сильный несущий, авианосный флот. 12 авианосцев. Это очень серьезная сила. Но и они постоянно сокращаются. Потому что нынешние корабли, подводные лодки, так же, как и оружие, — это высокотехнологичные образцы, очень затратные.
Строить суперсовременное оружие на основе современных технологий — очень дорого. Многие государства уже не способны самостоятельно строить корабли и подводные лодки. Строит их совсем небольшое количество государств. В первую очередь США и Россия. Французы, например, строят корабли совместно с англичанами. Греки — с итальянцами. Один корабль на две страны создать легче. Мы пока способны строить корабли, вплоть до авианосца. И должны гордиться тем, что пока мы на это ещё способны.
Наверное, это благодаря тому, что у нас остались необыкновенные люди: военные, подводники, наши ученые. Остался дух, который был заложен ещё в советские годы. То внимание государства, которое в советское время обращалось на науку, на высокие технологии, на оборонную отрасль, позволило сохранить эту огромную школу наших ученых, людей, которые и в тяжелые годы, когда зарплаты не было, не бросили науку, не убежали. Ведь деньги — это не все. Мы заказываем сейчас, скажем, ракеты. И можем дать достаточно денег, но предприятия не могут произвести столько, сколько нам нужно.
Предприятие может сделать восемь ракет в год, а нам надо четырнадцать. И, сколько денег ни дай, они все равно сделают восемь.
Вступила в действие государственная программа вооружения. Она называется ГПВ-2015. Рассчитана она на 10 лет. В ней расписано, сколько средств планируется каждый год выделять на каждый вид вооружения, снабжения. То есть ГПВ рассчитывается на 10 лет, а гособоронзаказ — на год, в рамках ГПВ.
Хочу сказать, что госзаказ у нас действительно с каждым годом растёт. Растёт и объективно: всё дорожает, дорожают материалы, дорожает труд, людям надо платить каждый год всё больше и больше — и по закону, и по уму, и по жизни.
Ядерный центр не купается в деньгах, избытка денег нет. Но мы можем гарантировать, что, в соответствии с программой вооружения на 10 лет, предприятие может не беспокоиться — банкротство ему не грозит.
Если говорить о цифрах… Средства Институту выделяет не только Военно-морской флот, но и другие военные ведомства. Конечно, хотелось бы больше, как минимум в полтора, а лучше в два раза. Но и те средства, которые выделяются ядерному центру сейчас, позволяют с оптимизмом смотреть в будущее.
Р.И.Илькаев:
— Сергей Борисович Иванов, когда проводил совещание в Нижнем, совершенно определенно сказал, обращаясь к директорам крупнейших заводов: он считает, что предприятие должно разумно осуществлять свою техническую и экономическую политику, так, чтобы гособоронзаказ занимал 30−35%. Всё остальное должно обеспечиваться разработкой гражданских технологий. У военного предприятия должна быть множественность работ. К ВНИИЭФу это не совсем прямое отношение имеет, потому что у нас даже создание неядерных вооружений уже считается конверсией. Мы — особая статья. Но то, что для Сарова развитие гражданских технологий — вопрос принципиально важный, совершенно очевидно.
Государственная программа вооружений предусматривает рост затрат. Но нам, для того, чтобы Саров жил полнокровной жизнью, этого недостаточно. Темп получения дополнительных заказов, в том числе и гражданских, должен быть существенно выше, чем предусматривает программа вооружения.
В.В.Масорин:
— Ядерный центр — градообразующее предприятие и, кроме основной работы, тянет вокзал, аэродром, железную дорогу. А это всё дополнительные расходы.
— Вы собираетесь встречаться с нашими городскими моряками?
— Не получилось в этот раз. Я приеду в следующий раз и обязательно встречусь.
В этом году у нас столетие подводных сил. Событие достаточно серьезное. Мы начали его отмечать ещё 15 марта, в кремлёвском дворце, в присутствии Президента. И целый год у нас проводится масса мероприятий, посвященных столетию подводных сил: торжественные собрания, чествования подводников, выпущено много книг о подводном флоте, написаны стихи, сняты фильмы. По НТВ даже начали показывать сериал. 100 серий будет. Мы поддержали этот проект, хотя и считаем, что НТВ не всегда объективно к нам относится. Но этот сериал должен быть очень патриотичным, он должен показать жизнь подводников, романтику.
Мы планируем приехать в Саров ещё. Не знаю, когда, но приедем. Наградим тех, кто служил на подводных лодках, медалью «За службу на подводных лодках». Ну и многое другое.
Вообще, Военно-морской флот силён своими традициями. Я не знаю, есть ли у вас общество артиллеристов или танкистов. Но общества моряков есть везде: морские собрания, клубы юнг. К сожалению, мы пока плохо этим пользуемся. И конкурс в военно-морские училища очень мал. Когда я поступал, был конкурс — 10 человек на место. Сейчас — 1 и 2 десятых. Плохо агитируем, прямо скажем. Но мы нашли способ. Один мальчишка у нас проучился полгода, поехал в отпуск, а когда вернулся, вслед за ним из его села ещё 6 человек приехало. Другой поехал в свой город — 15 человек с собой привез.
Мы сейчас стремимся к тому, чтобы флотское сообщество жило теснее. Чтобы адмиралы, которые уходят в отставку, не терялись. В Москве создан клуб адмиралов. В нём более 400 адмиралов, которые уволились, но ещё полны сил. Среди них — несколько главкомов. Этот клуб адмиралов возглавил Владимир Иванович Куроедов. Когда он был главкомом, то не очень любил заниматься общественной деятельностью, от прессы уходил в сторону. Но сейчас уволился и стал другим человеком.
— Что в городе не понравилось, не глянулось?
— Я даже затрудняюсь сказать. Наверное, нужно здесь пожить, тогда что-нибудь не понравится. Мы проехали от Нижнего Новгорода, и мне кажется, что Саров — это островок благополучия.
О.Федотова
