«Карман России» возродим

Накануне 8 марта в Саров приезжал губернатор Нижегородской области Валерий Павлинович Шанцев. Он встречался с руководителями города, Института, а также с общественностью.

Валерий Павлинович выступил с речью (с ней вы могли познакомиться в двух предыдущих номерах газеты). Закончив речь, губернатор ответил на некоторые вопросы из зала.

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО РАЗВАЛИЛИ САМИ

Первый вопрос касался Законодательного собрания.

— Законодательное собрание должно заниматься местным законотворчеством и принимать законы по собственной инициативе и по инициативе тех, кто управляет областью — для того, чтобы управлять качеством жизни населения.

Многие вещи в разных регионах делаются по-разному. Я как-то сидел на государственном приеме с Шаймиевым Минтимером Шариповичем (президент Республики Татарстан — ред.):

— Вот, — говорю, — теперь мы с вами по соседству.

— Мы тебя боимся. Ты сейчас начнешь догонять, перегонять. Знаю, — говорит, — вас, москвичей.

— Вы не бойтесь. Я уже проанализировал: такое отставание, что близко не скоро подойдем.

— Я знаю. А виноваты сами.

И рассказал: «В начале девяностых такой шум-звон был. На всю Европу. Я и то засомневался — засуетился. Реформируют в Нижегородской области сельское хозяйство. Законы приняли, все определили. Самый современный уровень реформирования. Тэтчер одобрила план реформирования сельского хозяйства в Нижегородской области! Я вызываю своего министра сельского хозяйства. „Чего спишь-то, поезжай, посмотри, что делают соседи. Передовой край реформы сельского хозяйства“. Поехал. Приезжает через 10 дней. И говорит: „Минтимер Шарипович, так, как они делают, делать нельзя. Если вы меня будете заставлять, я уйду, министром работать не буду“. Я задумался. Через месяц послал бригаду. Собрал специалистов — езжайте, посмотрите. И министра туда включил. Приехали все, сели напротив меня и говорят: „Минтимер Шарипович, нельзя так делать. Мы погубим сельское хозяйство“. И мы не пошли по этому пути».

Где они, а где мы!

У нас 500 тысяч гектар заросло деревьями. Клин пахотный уменьшается, поголовье. На боку лежат и ничего не производят. А кто это все делал? Это все делали по местным законам, с участием Законодательного собрания. И я бы хотел, чтобы у нас Законодательное собрание работало на повышение качества и уровня жизни, на развитие области, а не популизмом занималось.

Второй вопрос был связан с поддержкой пенсионеров и инвалидов. «Неужели мизерные зарплаты врачей, медсестер, учителей не тревожат областные власти?» — спрашивал автор записки.

— Тревожат и очень тревожат. Я считаю, что мы должны пенсионерам. Они всю жизнь отработали.

Принимали тут решение по одному вопросу. По поводу платы за излишки жилплощади, касательно пенсионеров.

Получилось так: дети разъехались из квартиры, кто-то один из супругов умер. Остался человек один в двухкомнатной квартире. И вот ему говорят: «Либо переселяйтесь в другую, либо платите за излишки». Платить за излишки — это больше пенсии. И что делать пенсионеру?

Нашли сейчас 100 миллионов, в конце года. В Законодательное собрание обратились. Собрание приняло решение — чтобы излишки за таких людей платил бюджет. Потому что негоже их из квартиры выгонять. Они всю жизнь на эту квартиру работали, они всю жизнь там жили.

Что касается зарплаты. Мы, например, несмотря на скудность бюджета, в 2005 году подняли зарплату бюджетникам на 9% выше, чем в среднем по России. Сейчас запланировали на 40% поднять зарплату в 2006 году.

НАДО БЫТЬ ПАТРИОТАМИ И ВОДКУ ПИТЬ НИЖЕГОРОДСКУЮ

— Мой знакомый бомж сказал, что знает 51 точку подпольной продажи алкоголя между магазином «Заречный» и зданием милиции. Планируете ли вы заняться наведением порядка в этой сфере? — спросили из зала.

— Я занимался этим вопросом 3 месяца. Вообще у нас с водкой — безобразие. За 2004 год более 35 тысяч человек в области отравилось некачественными алкогольными напитками.

Но водку будут употреблять. Мы уже пытались в 1985−86 года бороться с этой проблемой известными методами. Про это время рассказывают анекдот:

Приехал мужик в гости к другу. Выпить захотелось. Купили бутылку водки. Выпили, разговорились.

— Слушай, Петро. А что будет, если на нас сбросят атомную бомбу?

Тот подумал и говорит:

— Знаешь, тебя не будет, меня не будет и водки тоже не будет.

— А если нейтронную?

— Тебя не будет, меня не будет, водка будет.

— А какую же сейчас бомбу на нас сбросили, если ты есть, я есть, а водки нигде нет?

Я как-то пришел в универсам «Нижегородский». Там отдел, где продают водку, — чуть поменьше этого зала. Говорю: «Покажите мне нижегородскую водку». Только третий из менеджеров показал мне в углу 4−5 бутылок нижегородской водки. Остальное все — от Беслана и до Хабаровска. Везут нам со всей необъятной страны. Собственные мощности у нас загружены на 22 процента. А собственная продажа — 40 процентов. 60 процентов водки привозим неизвестно откуда. И неизвестно какого качества. На собственном производстве мы могли бы все процессы сертифицировать, установить контроль качества и так далее. Я попросил сделать мне выставку — что же мы производим. Оказалось — много всего.

Стою я как-то, рассуждаю по этому же поводу с теми, кто торгует. Говорю:

— У вас же универсам «Нижегородский». Сам бог велел здесь нижегородскую водку продавать.

А рядом стоит покупатель какой-то. Видимо, он меня не узнал. Говорит: «Слушай, мужик, а зачем тебе нужна нижегородская водка? Ты лучше калужскую возьми. От неё по утрам голова не болит. А от нижегородской — ой!»

Я ему так же: «Слушай, мужик, ты с вечера не пей много, тогда у тебя голова нормальная будет».

Нижегородская, калужская — одинаковая она вся. Не надо пить её много. Пока мы не отучим людей употреблять водку в чрезмерных количествах и пока не наладим собственную торговлю (а мы её наладим — в два раза повысили за прошлый год продажу собственной водки) — проблема останется.

Я дал указания милиции, они каждую неделю отчитываются передо мной: сколько провели рейдов, сколько «накрыли» незаконных оптовых складов, где торгуют спиртосодержащей смесью… У нас сегодня за 15 рублей флакон жидкости, которой омывают стекла автомобилей, купить можно. Как говорят бомжи: «Не надо никакого коньяка!».

Надо систему отравы этой уничтожать — самогоноварение и продажу незаконной водки. Будем строго следить за этим делом.

И надо быть патриотами, пить нижегородскую водку!

ЭТО НЕЛЬЗЯ НАВЯЗАТЬ

— Обозначьте, пожалуйста, ваше видение молодежной политики в государстве, области и на предприятиях, в частности. Считаете ли Вы, что в государстве нужна единая молодежная организация?

— Несколько законов уже принято по молодежной политике. И государственные, и областные. Это проблема комплексная. Прежде всего молодежь должна иметь равный доступ (независимо от уровня благосостояния) к образованию, здравоохранению, физкультуре, спорту, к духовным ценностям и так далее. Чтобы стартовые условия были нормальные. И, конечно, социально-бытовые условия.

Мы должны сегодня готовить рабочие места для молодежи. Чтобы они образование получали не для того, чтобы потом бегать искать работу или перепрофилироваться. Сегодня 70% тех, кто закончил высшее медицинское учебное заведение, не идут работать в систему здравоохранения, потому что социально-бытовые условия не устраивают. То же самое с педагогами. И многими другими специальностями, особенно в области культуры.

Наша задача, в первую очередь, — закреплять молодежь на селе, создавать инфраструктуру, рабочие места. Появилась новая техника, комбайны, тракторы, кое-где уже компьютеры стоят. Нужны молодые специалисты. И надо, чтобы зарплата была, чтоб жилье было. В этой программе есть строительство жилья и повышение зарплаты. То же самое по другим социально важным специальностям. И инфраструктура для досуга и развития — это главное.

А молодежные организации — это дело самой молодежи. Общественные организации возникают, как правило, по желанию тех, кто в них входит. А если государство пытается создать какую-то организацию сверху, она будет недееспособна, я в этом убежден.

У нас сейчас более 4,5 тысяч общественных организаций в области. В том числе и молодежные, детские. И они работают.

Я, например, был и секретарем комитета комсомола и членом горкома московского комсомола. Я вспоминаю эти годы с большим удовольствием. И занимались мы не только, как говорят, «дурью» — идеологией. Я, например, меньше всего этим занимался. Культурную жизнь организовывали: вечера, туристические слеты. И соревнованиями занимались — кто лучше работает.

Некоторые партийные комитеты до сих пор собираются…

Это нельзя навязать — это нужно полюбить.

ФЕДЕРАЛЫ ДАЛЕКО, А С НАС СПРОСИТЬ МОЖНО

Своей речью губернатор заранее ответил на большинство вопросов. Так что у журналистов их осталось немного.

— Вы говорили об областных программах развития. Находится ли место Сарову в этих программах?

— Сегодня (объективно) Саров по многим социально-экономическим показателям выглядит лучше, чем остальные наши районы, города. По крайней мере в полтора, а некоторые показатели в два раза выше областных. Средняя заработная плата около 11 тысяч, а в области — 6600. Растет численность населения, а в области она падает. Много вопросов решено по здравоохранению, образованию.

Но вместе с тем, проблем ещё достаточно. И поэтому в стратегии мы предусмотрели не только отраслевой разрез, но и территориальный. В том числе и раздел по Сарову.

Здесь надо заниматься дорогами. Не очень эффективно и правильно сегодня построена сеть дорог, можно сделать короче выезды. Надо смотреть систему дошкольного образования. Не хватает детских садов, особенно в новостройках. Большое количество молодых специалистов живет в общежитиях. Надо заниматься жилищным строительством. Ипотеку развивать. Для того чтобы эти вопросы решить, нужны немалые средства — около 120 миллионов.

Спортивные объекты. Обеспеченность спортивными сооружениями в Сарове ниже среднероссийского уровня.

Я думаю, что нужно посмотреть вопросы экологии, благоустройства. Все это в планах есть, только надо обеспечить материальными, организационными, людскими ресурсами. И реализовать.

— Проясните, пожалуйста, вопрос о строительстве телецентра в Сарове. У нас есть сведения, что предполагается строительство временной телевышки, чтобы освободить колокольню.

— Временная или постоянная — это вопрос другой. В Сарове требуется решать вопрос, чтобы минимум телевизионных программ, социальный пакет, дать всем горожанам. И чтобы эти программы были качественными с точки зрения изображения. Как этот вопрос будет решаться, мы будем с местной властью обсуждать. Я уже приглашал сюда специалистов. Они должны предложить техническое решение. Будем искать ресурс, чтобы его реализовать.

— В свое время в Сарове была очень сильная строительная индустрия. Сейчас осталось несколько крупных предприятий, которые живут от заказа к заказу. Что-то по строительству в Сарове будет решаться?

— Дело в том, что сейчас недостатка в строительных мощностях нет. Если в Сарове их не хватает, то как только здесь будет объявлена серьезная инвестиционная программа, придут другие. Да, есть проблемы. Нет территорий для жилищного строительства, территорий для размещения жилищно-коммунальных зон. Вопрос пока в стадии изучения.

— Труженики тыла обижены, что их перевели из федеральных льготников в региональные. Что вы можете на это сказать?

— Я вообще считаю странным деление людей на региональных и федеральных. Кто-то это придумал, точно так же, как муниципальные, областные и федеральные дороги, памятники…

Знаете, вся эта система работает на одних и тех же людей. Поэтому не важно, как они называются, важно, какие льготы они получают. Я вас уверяю, что региональные льготники никогда не обижались. Федеральные, как правило, обижались. Региональные власти всегда работали ещё и за федеральные. Пусть не беспокоятся региональные льготники. Мы весь ресурс, который у нас есть, будем направлять на то, что бы им лучше жилось. Федералы далеко, а мы близко, с нас спросить можно.

О.Федотова