Заводское здравоохранение

От редакции: сейчас мало кто вспоминает, что городская система здравоохранения складывалась именно как ведомственная, «заводская» — отсюда ее особенности, ее преимущества (ныне уже частично утраченные), отсюда и многое другое, что в свое время вызывало недоумение и зависть гостей с «большой земли», а ныне вызывает праведный гнев «правозащитников».

В № 28 мы начали печатать фрагменты очерка, автор которого — один из старейших врачей города. В первой части рассказывалось об истории становления медицины на объекте; как на производстве были организованы специальные службы, и врачи стали регулярно проводить профилактические осмотры и обследования работников завода.

Итоги первого комплексного медосмотра потрясли администрацию завода, политотдел и руководство объекта. Окулист (тогда на этой должности работала я) выявила большое количество профкатаракт разной выраженности. Мы вместе с профсанврачом Борисом Васильевичем Богомоловым изучили условия труда на производстве, которые оказались далеко не идеальными. Директором завода тогда был А. М. Комаров. Талантливый руководитель (впоследствии заместитель Б.Г.Музрукова), имевший большой опыт работы в отрасли, гремел в политотделе: «Эта девчонка будет меня учить!» Я ответила: «Я видела такие условия труда и такие катаракты и Чапаевске». Это был веский аргумент. Чапаевск был одним из ведущих производств в отрасли. Позже мы с Александром Михайловичем стали большими друзьями, и судьба уготовила мне бороться за его жизнь до приезда скорой помощи, но все было бесполезно, велика была горечь утраты.

А тогда, в 1953 году, была вызвана комиссия из Москвы. Окулист института биофизики МЗ СССР подтвердил все диагнозы; была создана комиссия и намечен комплекс мероприятий по улучшению условий труда; произведена реконструкция завода. Все эти мероприятия взял под личный контроль секретарь политотдела А. С. Силкин. Организовано было лечение профкатаракт непосредственно на здравпункте, введен в штат окулист, куплено необходимое оборудование и медикаменты. Это позволило сохранить работоспособность квалифицированных рабочих.

При проведении медосмотра мы всей бригадой проводили тщательное обсуждение состояния здоровья каждого работника, ища отклонения — объективные и субъективные. Это позволило определить тактику проведения медосмотров, их частоту и объем, наметить пути профилактики и лечения профзаболеваний. Помню, появились однотипные изменения на глазном дне у работников одного из цехов. Мы — к Б. Р. Богомолову: что-то новенькое включено в процесс! Он — к администрации. И так по цепочке было доложено о токсичности нового продукта. Почти всегда на этих обсуждениях был представитель администрации. Результаты медосмотра зав. здравпунктом А. Д. Сергеева регулярно докладывала директору завода.

В 1958 г. открыт врачебный здравпункт на 21 площадке. Назначили зав. здравпунктом — Н. Т. Молокову и бригаду врачей — невропатолога С. М. Трунову, окулиста Т. А. Тюкину и гематолога Т. В. Стяжкину — направили на этот здравпункт проводить медосмотры. Диапазон промышленной токсикологии был разносторонним, и, улавливая разницу в воздействии на организм человека, нередко мы по симптомам могли сказать, с чем имеет контакт обследуемый.

В то время секретность была велика, продукты, с которыми работали, были зашифрованы, и на медосмотрах говорили: «идет цех Иванова, продукт № такой-то»… И в зависимости от этого составляли схему необходимых дополнительных исследований.

Сейчас на основании анализа этих наблюдений составлены четкие инструкции: кого, как и когда приглашать на профилактический медосмотр.

В 1961 году открылась заводская поликлиника, и врачебные здравпункты 2 завода и 21 площадки вошли в ее состав, но фельдшерские здравпункты остались.

В 1952 на базе врачебного здравпункта 3 завода была организована медсанчасть.

Утверждены штаты: врач-терапевт Ф. А. Шиндавин, врач-невропатолог В. И. Шахматов, врач-гинеколог Л. Н. Михайлова, врач-лаборант клинической и биохимической лаборатории Е. В. Чебыкина, а затем Людаева; промсанврач В. В. Кузьмин, окулист Ахлебенинская, а затем Л. П. Чернилова, хирург М. И. Егорова. При необходимости привлекали и других специалистов. Это было вызвано необходимостью: на заводе открыта новая 106 лаборатория, которая начала работать с новыми радиоактивными веществами, токсикология которых была неизвестна.

Шли на ощупь — никаких литературных данных о токсикологии этих веществ в отечественной литературе не было, скудные данные в переводной зарубежной литературе носили закрытый характер. Биологическое действие и токсикология новых продуктов были совершенно неизвестны.

При входном медосмотре тщательно отбирали работников: в основном принимали молодых людей без отклонений в состоянии здоровья.

Единственными методическими указаниями к проведению медосмотров были утвержденные главком медицинские противопоказания к приему на работу (они тоже носили закрытый характер). Мы проводили углубленные медосмотры каждые 3 месяца. Брали анализы крови, мочи, кала, слюны. Проводили тщательные биохимические и биофизические исследования. Руководила этими исследованиями врач Е. В. Чебыкина, имеющая специальную подготовку по радиобиологии.

Работу вели совместно с Институтом биофизики МЗ СССР. Частыми консультантами были профессора и кандидаты медицинских наук: Киреев, Куршаков, Гуськова, Наумова, Пархоменко и другие. Периодически приезжал и зам. министра здравоохранения А. И. Бурназян.

Институт Биофизики М. З. СССР вел научно-исследовательскую работу по изучению влияния радиоактивных веществ на организм человека и имел экспериментальную базу для проведения опытов на животных различными видами радиоактивного воздействия. Но в нашем Институте были уникальные, единственные в то время источники радиоактивного излучения, механизм биологического действия которых был совершенно неясен. Однако наши врачи вместе со службой дозиметрии вели наблюдения за работающими с этими источниками. Возникла острая необходимость изучения биологического воздействия этих излучений.

Энтузиазм группы врачей был поддержан К. В. Владимировым и учёным В. А. Цукерманом. Они обратились к руководству МСО-50. Главный врач С. М. Сорокин и начальник МСО-50 А. И. Белов поддержали врачей, и в МСО был создан виварий, приобретены животные и выделены средства на их содержание.

Ответственным лицом в виварии была лаборант Л. А. Алексеева (Л.А.Семина). Она заботливо ухаживала за подопечными, внимательно следила за их состоянием после облучения, отмечала малейшие изменения в поведении и внешнем виде животных. Активно работали врачи Т. В. Стяжкина, С. Е. Демина, М. И. Левашов, Б. В. Леонов, В. А. Бердников, В. Н. Захаров, Е. Т. Филимонов, Ю. А. Чистяков. Все они впоследствии защитили кандидатские диссертации.

Результаты работы вивария дали возможность создать в МСО-50 радиобиологическую лабораторию.

* * *

Составляли четкий график медосмотров, его утверждал директор завода, и выполнение графика было обязательно для всех. Итоги медицинских осмотров тщательно регистрировали и обсуждали коллегиально. Отмечали малейшие отклонения в состоянии здоровья работников. Лаборатория вела кропотливую аналитическую работу по результатам медосмотра, тщательно изучала данные дозиметрической службы лаборатории, данные промсанврача об условиях труда каждого и мерах техники безопасности. Постепенно стала вырисовываться картина профессионального воздействия нового продукта. Когда через 5−6 месяцев стали появляться симптомы профзаболевания, возникла необходимость более углубленного обследования. Для этого были выделены 5 коек в 1-м терапевтическом отделении. В 1954 г. создано отделение — 20 коек профпатологических и 10 коек неврологических; заведовала отделением М. Д. Владимирова. В 1957 г. создано специализированное профпатологическое отделение; им заведовала Е. И. Ефимова, но скоро заведовать им приехал со спецподготовкой по профпатологии В. Н. Захаров. Он создал схему специальных исследований. Часть больных была направлена в институт биофизики и в 6 клиническую больницу. Диагнозы подтвердились. Провели целый комплекс санитарно-гигиенических и лечебно-профилактических мероприятий. Шла напряженная борьба за сохранение здоровья людей, вырабатывали показания к переводу на другую работу и способы решения социальных проблем. Все это требовало большой стойкости, терпения, принципиальности от руководства МСЧ (Ф.А.Шиндавина), МСО (И.Белова) и промсанврача В. В. Кузьмина.

Позднее в своих воспоминаниях он напишет: «Рост профзаболеваний заставил меня вынести постановление о закрытии лаборатории». Администрация завода этот акт приняла безоговорочно, но через некоторое время в адрес Главного государственного санитарного врача СССР А. И. Бурназяна пришла письменная просьба разрешить кратковременную работу для выполнения правительственного оборонного заказа. Разрешение было дано, и началась игра в «запретить-разрешить», пока не произвели коренную реконструкцию производства. Всех выявленных больных брали на диспансерный учет, начали выводить рабочих из условий профвредности, что продлило жизнь многим людям. Лечили в специализированном терапевтическом отделении в Москве и регулярно направляли на санаторно-курортное лечение и в наш профилакторий, который открыт в 1958 г. (гл. врач Ю.А.Замятин).

Жизнь подтвердила, что выработанная практика перевода рабочих на другую из условий профвредности при выявлении первых ранних признаков заболевания работу продлила жизнь и трудоспособность многим работникам 106 лаборатории.

Материал наблюдений был оформлен кандидатскими диссертациями многих врачей: К. В. Владимирова, Т. П. Кряжимской, В. Н. Захарова, К. Н. Сусанова, В. С. Петровского и некоторых сотрудников Института биофизики. Диспансеризация всех работавших в 106 лаборатории продолжается до сих пор.

Все это было возможно благодаря самоотверженному труду и сплоченности коллектива 3 медсанчасти. В своих воспоминаниях Ф. А. Шиндавин напишет: «Самый важный и запоминающийся период моей врачебной деятельности — работа в медсанчасти завода № 3, период организации и становления заводского здравоохранения в городе».

Перед глазами встают картины прошлого. Вот опять после очередного медосмотра Федор Автономович со списком профбольных идет в заводоуправление. Он подтянут, готов к бою, все врачи сопереживают и ждут результата. Дружный коллектив медсестер четко, слаженно помогал организации медосмотров и обследований. Ведь иногда врачи амбулаторно делали артериальную пункцию, и надо было выхаживать таких пациентов. Ветераны МСЧ-3 Т. А. Попова, Е. К. Гладкова, М. Лисина, Н. М. Лунева и каждый член коллектива, и врачи и, и медсестры, и младший медперсонал самоотверженно несли в те годы вахту. Они достойны признания и уважения.

После ухода Ф. А. Шиндавина сменилось несколько начальников МСЧ-3: В. И. Торгашин, А. И. Вербицкий, В. Т. Калашников; и в 1982 г. вместо МСЧ была организована 3-я поликлиника, главным врачом поликлиники назначили Зинаиду Анисимовну Юркину, но это — тема другого очерка. Ибо заводское здравоохранение с открытием поликлиники в 1961 г. вступило в новую фазу.

Г. А.Тюкина