В преддверии великого поста
Многие читатели нашей газеты, испытывая традиционную приверженность к православию, не участвуют в церковной жизни и считают, что грядущий Великий пост сводится к своеобразной диете и молитве. Некоторые где-то слышали о том, что в пост полагается подавать милостыню. Особо осведомленные даже знают, что Великий пост в этом году начинается 14 марта, что называется он также Святой Четыредесятницей в память о сорока днях, которые Иисус Христос провел в посте и молитве в безжизненной пустыне. За Четыредесятницей (шесть недель) следует Страстная седмица (неделя), которая заканчивается Пасхой или Христовым Воскресением. Этим, как правило, и исчерпываются обыденные представления о том, что же такое Великий пост.
Многие из этих представлений не соответствуют действительности. В частности, Великий пост начинается, по сути дела, за три недели до «чистого понедельника», и называются эти недели последовательно: неделя мытаря и фарисея, неделя о блудном сыне и неделя о Страшном суде. Это преддверие Великого поста. Помните, как написано в Евангелии? «Входите тесными вратами; потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими. Потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Матфей, 7.13−14., Лука, 13.24).
ГОРЕ ВАМ, ФАРИСЕИ!
Часто приходится слышать, что религиозный пост — это безусловное благо для любого человека, что, кроме пользы, от этого не будет никакого вреда. Особо эрудированные сторонники истязания плоти подкрепляют свои утверждения ссылками на методики лечебного голодания и теории раздельного питания. Даже многие верующие совершенно убеждены в том, что чем дольше молитва и строже пост, тем лучше. Короче, если с голодухи вас мотает из стороны в сторону и вы уже начинаете заговариваться, то всенепременно попадете в рай. А если вообще не есть, не пить и на сороковой день, подобно Моисею, подняться на гору, то можно сподобиться воочию лицезреть Всевышнего (вернее сказать, явление, бездоказательно это утверждающее). Многие легковерные, в прямом и переносном смысле этого слова, люди жестоко пострадали, вняв подобным советам. Им было невдомек, что христианство в течение всей истории своего существования боролось с ересями, проповедовавшими умерщвление «грешной» плоти, с многочисленными сектами. Можно вспомнить, что в России еще сравнительно недавно «хлысты» изнурительным постом доводили себя до религиозной экзальтации, до молитвенных «радений», воспринимая это как Божью благодать. Чтобы добиться 100%-ной гарантии попадания в Царствие небесное, их собратья, «скопцы», даже производили оскопление членов секты.
Конечно, можно следовать их примеру, но к православию и Великому посту эти упражнения не имеют ровным счетом никакого отношения. Я вообще не понимаю, кем надо считать Бога, чтобы доказывать, будто он приходит лишь к людям, находящимся в последней стадии дистрофии. Поэтому, прежде чем отказывать себе в маленьких земных радостях, нам нужно понять, зачем это нужно.
У мусульман, например, есть насчет поста прямые указания. В их книгах написано, что «отказавшемуся от греховных поступков в месяце Рамадане Аллах Всевышний прощает грехи одиннадцати месяцев». А каждый благой поступок в этом месяце у них идет за тысячу. К сожалению, а, может быть, и к счастью, наш Бог нам ни о чем таком не говорил. Более того, Евангелие свидетельствует, что ученики Христа, к великому изумлению фарисеев, сопровождая Учителя, вовсе не постились (Матфей, 9.14).
Кстати, о фарисеях. В евангельские времена так называли религиозных проповедников-книжников, в совершенстве знающих и строго придерживающихся формальных требований и запретов своей религии. Предписано, к примеру, отказаться от употребления рыбы, не имеющей чешуи, стало быть, по мнению фарисеев, в этом есть какой-то потаенный смысл. Не надо пытаться понять его, а просто в точности исполнить предписание. Куда исчезли фарисеи? Никуда они не исчезали — вы найдете их в любом храме, в том числе и в православном, где они со скорбным видом непоколебимо стоят на страже самых заскорузлых «устоев» своей Церкви, препятствуя ее развитию. Именно поэтому Отцы Церкви сочли необходимым перед Великим постом напомнить верующим притчу о мытаре и фарисее (Лука, 18.10−14). Смысл притчи в том, что Иисус отдал предпочтение не благочестивому фарисею, а мытарю, сборщику податей, в суете мирской (представьте себе эту работенку!) не исполнявшему предписаний религии, но искренне обратившемуся к Богу с покаянием.
НЕ ЧЕЛОВЕК ДЛЯ ПОСТА, А ПОСТ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА
Так что не будем уподобляться фарисеям и уточним, для чего же предназначен пост. По мнению одного из Отцов Церкви, св. Иоанна Златоуста, пост должен быть направлен на то, чтобы избавиться от «пресыщения, которое приближает к старости, притупляет чувства, ослепляет проницательный ум» (Сот, 3.15). То есть важен не пост сам по себе, а то, насколько свободен, отрешен от мирских соблазнов дух человека. Если его чрево отягощено снедью и, хуже того, веселящими напитками, то ему без поста никак не обойтись. Но, согласитесь, нельзя требовать воздержания от полуголодного человека. А у нас в стране вновь многие люди могут сказать, что «щи да каша — пища наша». Опять же климат у нас в России далеко не средиземноморский — апельсины на деревьях не растут. И почему речь идет лишь о воздержании? А прогулки на свежем воздухе разве не способствуют умиротворению души и полету мысли? И можно ли требовать от всех без исключения безусловного участия в многочисленных и длительных богослужениях? Все же работают люди, а иные вкалывают, как античные мытари.
Неужели фарисеи этого не понимают? Понимают, но, предвещая скорый «конец света», неумолимы и безжалостны. Они считают недопустимым посещение в дни Великого поста театров и концертных залов. Они даже не смотрят телевизор. (Кстати, от имени редакции приношу читателям извинения за ошибки в телевизионной программе. Сотруднице, допустившей эти ошибки, сделано строгое внушение. Мы вовсе не хотели ввести на телевидении цензуру, хотя, может быть, и следовало бы). И выглядят они так, что без слез не взглянешь. Именно о них написано в Евангелии: «Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры; ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися» (Матфей, 6.16).
Справедливости ради надо сказать, что православные священники в большинстве своем вовсе не настаивают на безусловном выполнении верующими требований, изложенных в древних фолиантах, вне зависимости от состояния человека, условий его жизни. Священников больше заботит другое. «Даже среди людей церковных, — писал митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн, — встречаются ныне заблудшие и неразумные, не понимающие высокого ДУХОВНОГО (выделено ред.) смысла Великого поста, почитающие для себя достаточным и исчерпывающим простое воздержание от вкушения запретной пищи. Увы нам, неразумным, и горе нам — лицемерным! Внемли себе, не ядущий мяса: не огорчил ли ты ближнего своего? Не роптал ли на Бога в скорбях и тяготах души? Не таил ли на кого обиды, злобы, зависти? Не гордился ли мнимыми достоинствами своими?» (Голос вечности, стр. 274).
НЕ СОГРЕШИШЬ — НЕ ПОКАЕШЬСЯ
Но хватит о фарисеях. Пора обратить внимание на нынешних «мытарей». Ссылаясь на мирские заботы и условности, они не отказывают себе в удовольствии отведать «запретный плод». При этом они отговариваются в том смысле, что «не согрешишь — не покаешься, не покаешься — не спасешься». Ну в самом деле, неужели милостивый Господь не простит нам такую мелочь, как бокал вина и цыпленок табака? Вот протестанты и представленные в нашем городе секты протестантского толка считают, что простит. Они вовсе не постятся. Да и католики постятся всего лишь два дня — в так называемую «Пепельную Среду» (начало поста) и в Страстную Пятницу. Неужели они не боятся кары небесной? Боятся. Но считают, что Бог примет во внимание добрые дела, которые они совершают. Возникает, правда, проблема с тем, какие дела считать добрыми. Но на Западе народ, в отличие от нас, дисциплинированный, воспитанный в духе чинопочитания. Начальник приказал — надо выполнять, если что — грех на начальнике.
Самое удивительное, что и от православных верующих мне часто приходится слышать детские сказки о чашах весов, на которых впоследствии якобы будут взвешиваться достоинства и недостатки каждого из нас. На самом деле речь идет о сугубо католических представлениях, согласно которым за каждым нашим шагом надзирает «небесная канцелярия». Она ведет строгий учет и контроль всех наших поступков на протяжении жизни и в Чистилище отсортировывает праведников и грешников. («12 сентября 1978 года, в 12.38 пополудни, когда у вас порвался шнурок, вы произнесли нехорошее слово. Вот у нас отмечено. Если бы не это, мы бы могли что-нибудь для вас сделать. Но это слово перевесило чашу весов. Спасибо за внимание, вам налево. Следующий!..»). Согласитесь, что Бог в этих представлениях сильно напоминает скупого немецкого бюргера.
Православный Бог, как мне кажется, не отвлекается на мелочный контроль за своей неразумной паствой, не имеет учреждений вроде «небесной канцелярии» и прекрасно обходится без Чистилища. Помните, как американцы лет десять назад избавились от прорвы пузатых и неповоротливых генералов? Они всего лишь ввели для них спортивные нормативы типа «упал-отжался». Этот принцип они явно заимствовали в православии. Перед Великим постом в Православной Церкви установлена неделя, в течение которой «мытарям», зашедшим в храм погреться, рассказывают притчу о блудном сыне, который возвратился в отчий дом, который «был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лука, 15.32). Согласитесь, трудно не понять столь прозрачного намека.
ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ЗАКРЫВАЮТСЯ!
Последняя неделя перед Великим постом посвящена изложенному в Евангелии пророчеству о Страшном суде, когда Сын Человеческий «поместит овец по правую руку от себя, козлов же поместит по левую руку» (от Матфея, 25.33.).
Почему-то считается, что Страшный суд состоится когда-нибудь в будущем (по поводу конкретной даты мнения фарисеев расходятся), а напоминание о нем перед Великим постом производится исключительно для того, чтобы донельзя запугать весь честной народ. Мне кажется, это не так. Во-первых, потому, что наш народ Страшным судом не запугаешь. Во-вторых, православие не принадлежит к числу религий, основывающихся на страхе. А в третьих, Страшный суд происходит буквально на наших глазах, и не понимать этого могут только «упертые» фарисеи или отъявленные «мытари». Именно перед Великим постом «овцам» — фарисеям, отказавшимся от претензий на святость, и мытарям, вернувшимся в лоно Церкви, открываются евангельские «тесные врата».
Все дело в том, что Великий пост представляет собой своего рода интерактивный курс обучения основам христианства и православия. Слушателям этого курса предстоит оказаться в пустыне и пройти вслед за Иисусом весь его путь, в том числе вместе с ним войти на Голгофу, умереть и воскреснуть. Вот почему от них требуется пост, отрешение от мелочных житейских страстей, от обыденных истин, многие из которых представляют собой некритические заимствования из древних, первобытных верований и суеверий. Чтобы воспринять жизнь и учение Иисуса, они должны быть «мудры как змеи и просты как голуби» (Матфей, 10.16).
Что же касается, извините, «козлов», то все их старания выказать образцы истинно православной веры не только бессмысленны, но и вредны. Лучше всего о таких сказано в апокрифическом (не вошедшем в канонический Новый завет) Евангелии от Фомы: «Иисус сказал: Если вы поститесь, вы зародите в себе грех, и, если вы молитесь, вы будете осуждены, и, если вы подаете милостыню, вы причиняете зло вашему духу» (Фома, 15).
Е.Кокоулин
