Детство

ДЕТСТВО

…На севере Ленинградской области есть небольшой город с названием Лодейное Поле. В его центральном сквере возвышается бюст — красивый статный человек с гордым лицом смотрит вдаль. На постаменте имя: Борис Глебович Музруков. И слова: дважды Герой Социалистического Труда. Ещё недавно гражданам страны, отмеченным этой высокой наградой, положено было устанавливать бюсты на их родине.

Такое событие в 1981 году произошло и в Лодейном Поле. Здесь 28 сентября (11 октября по новому стилю) 1904 года родился Борис, девятый и последний ребёнок в семье младшего офицера русской армии Г. А. Музрукова.

С конца ХIХ века российское офицерство в значительной части формировалось из наиболее способных и грамотных рядовых сверхсрочной службы. В их числе оказался и Глеб Алексеевич Музруков, крестьянин, уроженец деревни Гонгиничи Лодейнопольского уезда Олонецкой губернии. В том же уезде, в деревне Сармаксы, родилась в семье крестьян Разухиных и мать Бориса, Елена Ивановна.

К сожалению, о детстве Бориса Глебовича сохранилось очень мало сведений. Это в основном данные о местожительстве семьи, об изменениях в её составе, о переездах, смене мест учёбы детей. Но то, что определяло повседневный быт и бытие Музруковых, заслуживает более пристального взгляда. В первую очередь это сам край.

Лодейное Поле расположено по нижнему течению реки Свирь, между Ладожским и Онежским озерами. Край прекрасен суровой, северной красотой — могучими лесами, реками, речками и озерами, живописными скоплениями остатков древних скал среди тёмных вечнозелёных елей и глубокой, торжественной тишины.

Название города напоминает о древнем ремесле жителей Присвирья, которые славились уменьем строить небольшие грузовые суда-ладьи, в северном произношении «лодьи». Здесь по велению Петра I была основана Олонецкая судостроительная верфь, на ней работали русские и иностранные мастера-кораблестроители.

22 августа 1702 года со стапелей судоверфи был торжественно спущен на воду первый крупный военный корабль Балтийского флота — 28-пушечный фрегат «Штандарт». В 1785 году судоверфь и прилегающие к ней территории получили, по указу Екатерины II, статус города, названного Лодейное Поле. С упразднением верфи (это произошло в 1830 году) Лодейное Поле на долгие годы превратилось в провинциальное захолустье.

Возрождение города началось в 1927 году со строительства (по плану ГОЭЛРО) Нижне-Свирской ГЭС близ Лодейного Поля. Это создало условия для развития лесной и деревообрабатывающей отраслей промышленности, ставших вскоре основой экономики города.

Северные русские корни хорошо просматриваются в облике Бориса Глебовича, в его характере. Однако надо сказать, что он рос не в Лодейном Поле — вскоре после его рождения Музруковы переехали в Финляндию, где и прожили до Октябрьской революции. Впоследствии Борис Глебович лишь изредка, во времена студенчества, бывал в родном городе. Но вот что пишет в воспоминаниях А. И. Бочкарёв, в 60−70 годы — главный врач Сатисской больницы, часто встречавшийся с Б. Г. Музруковым.

«Октябрь 1943 года. Лодейное Поле Ленинградской области. Наша 7-я гвардейская танковая бригада, только что получившая новые Т-34 с Уралмаша, воюет за этот город. Лишь спустя много лет я узнал, что Лодейное Поле — родина Б. Г. Музрукова. Теперь там установлен его бюст. Выходит, что город отстояла бригада, оснащенная танками с завода, которым руководил Б. Г. Музруков. Совпадение нечастое».

Вернёмся в детство Бориса Глебовича.

Переезд семьи из Лодейного Поля был связан со службой отца. В начале ХХ века русский армейский корпус пришел в Финляндию на смену национальным военным формированиям: среди финнов начали нарастать антирусские настроения. В этом корпусе и проходил службу Глеб Алексеевич Музруков — сначала в Гельсингфорсе (ныне Хельсинки), затем в Выборге. Годы эти не были лёгкими. Когда Борису не исполнилось ещё пяти лет, Елену Ивановну скосил семейный недуг — туберкулёз, он унёс жизни и двух старших сыновей.

Так что у Бориса не осталось о матери никаких воспоминаний, кроме ощущения теплоты и нежности. Но, несомненно, большое влияние на него оказывал отец. Как позже вспоминал Борис Глебович, Глеб Алексеевич Музруков отличался нравственной чистотой, трудолюбием, строгостью к себе, выдержкой, стремлением к знаниям и уважительным отношением к людям. Много лет спустя все эти черты ярко проявились в его сыне.

В 1910 году Глеб Алексеевич женился второй раз. Мария Алексеевна, добрая и сердечная женщина, не имела своих детей. К семерым сиротам она отнеслась с такой заботой и лаской, что каждому казалось — он самый любимый. В доме никогда не было ссор, дети приучались к труду и порядку. Взрослые и дети вместе работали по дому, в свободное время любили читать. Стремление к образованию было отличительной чертой всех Музруковых.

Но над этой дружной семьёй словно тяготел рок — туберкулёз, от которого тогда не было лекарств. К 1917 году из девятерых детей Музруковых в живых остались только два младших сына, Николай и Борис, и две старшие дочери, Ольга и Надежда.

Девочки ещё до революции 1917 года окончили гимназию, переехали в Петроград, где поступили гувернантками во французские семьи. Сыновья оставались в Гельсингфорсе. К началу революционных событий Борис окончил два класса реального училища. Там же учился и брат.

31 декабря 1917 года Совет народных комиссаров РСФСР предоставил Финляндии независимость, но русская армия не была выведена с финской территории. Перед военными новая власть поставила задачу (которая, впрочем, выполнялась плохо): поддержать Финляндскую социал-демократическую партию и ее Красную гвардию.

С помощью Германии и Швеции финляндская Белая армия, созданная при активном участии Маннергейма, в конце мая 1918 года подавила революцию, начавшуюся в Финляндии. Этому предшествовали кровопролитные бои в ряде провинций между финнами и русскими. Особенно жестокими они были в Хельсинки, куда прибыли революционные матросы Балтийского флота, и в Выборге, где находился штаб русской армии и где служил отец Бориса.

Семья Музруковых с трудом добралась до деревни, на родину родителей. Там, когда Борису было чуть больше 14 лет, умерла мачеха Мария Алексеевна, ставшая для Музруковых-младших по-настоящему родным человеком. Отец к тому времени опять был на военной службе в рядах Красной армии. Два сына-подростка остались без присмотра. Кроме того, в деревне не было возможности учиться.

Глебу Алексеевичу в 1918 году удалось устроить Бориса и Николая в петроградский детский дом № 28. Так мальчики оказались в революционной столице России.

Е. Власова

По материалам книги «Все силы отдам Родине», готовящейся к печати в ИПК ВНИИЭФ