Хотел быть лётчиком

Научному руководителю ВНИИЭФ, бывшему министру Виктору Никитовичу Михайлову перед открытием Школьных Харитноновских чтений, мы задали вопрос об образовании

— Чем Вы интересовались, оканчивая школу, мечтали ли стать ученым?

— Я никогда не хотел быть ученым, я хотел быть летчиком. Это были послевоенные годы, я считал, что это такая интересная специальность, но, когда я получал в десятом классе приписное свидетельство, у меня оказалось повышенное давление, и сказали, что идти придется не в летчики, а в моряки… Моряком я быть не хотел. К счастью, хорошо учился по физике, по математике, и пошел учиться в Московский механический институт (теперь МИФИ), там стипендия была примерно в полтора раза выше, чем в обычных вузах, это был специальный институт для подготовки инженеров-физиков для ядерного комплекса. Я с удовольствием учился, довольно хорошо, а на третьем курсе мне предложили перейти в «теоретики». Мне очень нравилось!

Понимаете, теория в физике базируется на экспериментальных данных: это мостик, по которому можно перейти от одной базы экспериментальных данных к другим экспериментам. Если красивый мостик — результаты у эксперимента правильные; плохой мостик — придется его корректировать, дорабатывать по новой базе экспериментальных данных. Я с удовольствием этим занимался. Зельдович отобрал меня работать здесь, в Сарове — сказал, что это в Подмосковье…

Учителя у меня были хорошие: теоретический минимум я сдавал Ландау… Чем физик отличается от математика? Математик хорошо знает формулы и доказательства. Физик же должен очень логично мыслить и представлять объект, по которому он хочет создать теорию, или что-то предсказать, или получить некие результаты. Он всегда найдет математический аппарат, который описывает то, что надо описать. Главное — иметь представление по существу.

— Сейчас одним детям стараются как можно больше дать родители, другим помогают учителя, третьи движутся сами — на собственном интересе… У кого, по-вашему, наилучшие условия для старта?

— Все зависит от человека. От того, есть ли у него дар. Я в свое время учился в Малышевской средней школе, в Тверской области, это были очень скромные средние школы, и учителя в них были очень скромные. Решая задачи по физике и по математике в десятом классе, я понял, что понимаю несколько больше, чем учителя, которые дали мне образование. Я занимался: у меня были книжки по специальности, я читал их — это было просто увлечение. У нас не было тогда ночных клубов, не было тусовок, телевизоров. Я читал и занимался.

Так что все зависит от человека, от того, какой у него ум. И, конечно, кристалл требует огранки соответствующих плоскостей, и чтобы не раскололся, только тогда он заблестит. Мозги не имеют цены, но, чтобы вышло нечто прекрасное, надо трудиться. Чтобы сделать хоть маленький шаг вперед.

Наш корр.