Кукловод в армии
Когда художественный руководитель театра кукол «Кузнечик» Маркс Александрович Койфман служил в армии, а было это тридцать с лишним лет назад, разделения на Духов, Черпаков и Дедушек не существовало. Солдаты делились на молодых или Салаг (первый год службы) и старослужащих или Дедов (второй год службы). Уже в то время ходили жуткие слухи о дедовщине и издевательствах над молодыми солдатами, но Марксу Александровичу повезло: дедовщины в его части, в традиционном понимании этого слова, не было. Была диктатура сильных физически, но и с той молодым удалось справиться.
«У нас в части, — рассказывает Маркс Александрович, — служила большая группа ребят по национальности даргинцев (одна из народностей Дагестана — прим. ред.). Они занимались борьбой и были очень сильные физически. Все хозяйственные посты занимали даргинцы: фельдшер, завскладом, часто дежурили по столовой. Рота была фактически в их руках, что очень не устраивало молодых ребят. И случай восстановить равенство представился. Играли в футбол, кто-то не разулся и задел кого-то сапогом. И тогда представитель молодых вышел драться на кулаках против представителя даргинцев. Я, будучи в то время уже сержантом, бросился остановить драку, но меня схватили сразу несколько человек. Схватка состоялась и… победил в ней молодой солдат. А даргинцы — люди чести. Вот этой дракой, выяснением кто сильнее, все и кончилось, как у мальчишек. После этого случая никаких эксцессов в роте не было вообще. Капитан наш был просто счастлив».
В ротах соседних с той, в которой служил Койфман, рассказывали, были страшные случаи, унижали ребят и били. И когда Маркс Александрович шел в армию, то несмотря на свой зрелый возраст (призвали его после института, в 28 лет) он побаивался всего этого. И столкнулся поначалу с попыткой унижения. Но обижают того, кто обижается. Если ты не обиделся, значит обида не состоялась. Ефрейтор, в чьё подчинение попал будущий основатель «Кузнечика» был совсем еще мальчишка и ему доставляло удовольствие поиздеваться над старшим по возрасту, но младшим по званию. Он заставил этого взрослого рядового мыть столовую небольшой сапожной щеткой. Но Маркс Александрович нисколько не обиделся и прекрасно выдраил огромный зал (на сто с лишним человек) и сделал это весело, с песнями. А потом этот мальчик оказался в прямом подчинении бывшего подопечного и за все время службы Койфман не дал ему ни одного наряда вне очереди, не наказал, не отомстил. Это заметили и оценили.
Служил Маркс Александрович только год (поскольку призван был после института) и автоматически угодил в дедушки, да еще и сержантом стал сразу же после курса молодого бойца. А вскоре добрался и до зам. ком. взвода. Довольно быстро он стал неформальным лидером среди ребят. Это увидел командир роты и стал оказывать ему поддержку. Неформальный лидер Маркс Койфман старался создать в роте атмосферу справедливости, и личным примеров в том числе. Его уважали и… стеснялись, как старшего брата, под присмотром которого нельзя поступать плохо. Лишнюю энергию направляли не на агрессию, а на … юмор.
«Обхохотать могли так, что это было хуже любого наказания, — вспоминает Маркс Александрович. — Если не может солдат подтянуться 10 раз, он будет качаться, иначе засмеют. А терминология солдатская известная, мат-перемат, и клички такие, что будьте мне здоровы… Если человек слабый, то он может и сломиться. Но у нас всегда находился кто-то, кто утешит».
Все зависит от человека, который станет лидером: и атмосфера в солдатском коллективе, и отсутствие дедовщины — так считает Маркс Александрович. Ну и от командиров, конечно. Если им не наплевать на солдат, если они будут слиты воедино в своих убеждениях, то ребятам незачем будет бояться идти в армию.
О. Федотова
