Шпионов ловить — работа творческая
Любой юбилей — повод подвести итоги. С вопроса об итогах и начался наш разговор с начальником УФСБ по г. Сарову
— Отдел на протяжении многих лет является ведущим в Нижегородском управлении: обладает очень хорошей стабильностью вне зависимости от социальных, экономических, финансовых и других отклонений в жизнедеятельности государства, всегда дает результаты немножко выше средних по управлению. Основные задачи, стоящие перед отделом: обеспечение ядерной безопасности, безопасности нашего Города и его предприятий — мы выполняем целиком и полностью.
— Обычно в отчетах больше говорят о достижениях, но профессионально растут все-таки на преодолении неудач. Какой была самая большая неудача последних пяти лет для вашего отдела?
— Ситуация в четвертом отделении на восьмой площадке, связанная с гибелью Захарова, — принципиальное нарушение технологических процессов. Это не было большой аварией, большим чрезвычайным происшествием, но мы не смогли предусмотреть ситуации, когда профессионал очень высокой квалификации, нарушая технологический процесс, берет на себя больше ответственности, чем может. По правилам в этой работе должно участвовать три человека, а он попытался работать один. В любом случае нарушение технологических процессов, предусмотренных для работы с ядерным оружием, всегда чревато аналогичными последствиями. И хорошо, что все происшедшее не вышло за пределы здания. Специалисты Института и МЧС справились с ситуацией, смогли разобраться в ее причинах и последствиях. Специалисты Института, кстати, нашли интересные моменты в этой ситуации, которые можно использовать для энергетики будущего.
— Закрытая информация?
— Да нет. Произошла самоподдерживающаяся цепная реакция, которую очень трудно смоделировать, на основе этого можно сделать источник энергии.
— Одна из ваших основных задач — сохранение гостайны. Про шпионов интересно всем. Были какие-то ситуации, связанные с пресечением шпионажа?
— Если говорить о нашей основной деятельности, о чистой котрразведке, нам до сих пор не удалось разоблачить никого, кто работал бы на иностранные спецслужбы.
— Таких нет?
— Можно говорить, что отсутствие результата в этом случае — тоже результат. Значит, система режимных, административных, юридических и оперативных мер на хорошем уровне и таких людей не существует. Но можно оценивать и по-другому: наша контрразведка работает немножко плохо и не смогла еще найти тех людей, которые работают на спецслужбы противника. В рамках нашего объекта основная задача — обеспечение ядерной безопасности, безопасности объекта, предприятия, каждого жителя Города — выполняя ее, мы выполняем 99% своей работы. Остальное — поймаем мы шпиона или не поймаем — не имеет значения
Это творчество, можно даже считать хобби. Перед работниками своего отдела я не ставлю такой задачи: обязательно разоблачить шпиона, хотя любой приходящий на оперативную работу мечтает поймать шпиона.
— А иностранные шпионы бывают на объекте? Были ситуации, когда иностранные шпионы пытались добраться до каких-то секретов?
— Шпион — это тот, кто работает против своей родины, а человек из другого государства, работающий на свое государство — разведчик. Раньше каждый четвертый иностранный специалист, приезжавший в Город, был сотрудником иностранных спецслужб или подозревался в связях с ними, сейчас их стало немного меньше, примерно каждый пятый-шестой. Такие люди постоянно есть в составе каждой делегации иностранных специалистов — в Город ежегодно приезжает до трехсот иностранцев. Независимо от того, является человек кадровым разведчиком или просто связан со спецслужбами, каждый из иностранцев, приезжая на родину, составляет отчет по пребыванию в Сарове, но одни — в 13 экземплярах, другие в 7.
— Саровчане, которые ездят за рубеж, тоже составляют такие отчеты?
— У нас немного другая система, отчет может составляться один, может несколько, если есть интересные данные или специалист получил интересную информацию.
За последние годы мы смогли предупредить совершение преступления двух групп саровчан, которые пытались собирать закрытые секретные сведения о разработках Института и «Авангарда» с целью передачи их за рубеж.
Это были и сотрудники этих предприятий, и люди, которые на этих предприятиях не работали, неважно сколько их было, но основная цель сбора сведений была — передача их за рубеж за вознаграждение.
— Как удается такими малыми силами — около двух десятков сотрудников ФСБ с Городе — отслеживать ситуацию на таком большом предприятии, в Городе и округе, обеспечивать безопасность ключевых точек ВНИИЭФ?
— В законах о федеральной безопасности, оперативно-розыскной деятельности, других нормативных документах написано, что органы безопасности имеют право использовать помощь любого специалиста, любого гражданина, а долг специалиста и гражданина — оказывать содействие органам госбезопасности в решении их задач, раскрытии госпреступлений, особоопасных, особотяжких, срок наказания по которым от 10 лет и выше.
— Граждане охотно сотрудничают с органами госбезопасности?
— 99,9% тех, кто нам помогает, помогают из патриотических убеждений, видят и смысл нашей деятельности и результаты, результаты своего труда и помогают нам безвозмездно.
— А на возмездной основе помогают? Есть люди, которые получают деньги за сотрудничество с органами безопасности?
— Да, мы работаем с людьми и по контракту. Имеем право и заключаем контракты со специалистами, и они проводят для нас аналитические исследования по проблемам, в которых мои работники не смогут разобраться в силу того, что у них узкие специальности.
— Все учреждения привлекают специалистов, если нет своих. Я спрашиваю о специфике вашей работы, о сотрудничестве с осведомителями.
— Сбор информации — первичный этап деятельности любого человека, даже корреспондента, дальше — систематизация собранного материала, анализ, выводы. Я более 25 лет работаю в органах и пока еще не встречал человека, который бы оказывал содействие органам безопасности на меркантильной материальной основе, чисто материальной. Как правило, люди, которые помогают нам, работая по преступным группировкам, контрабанде, наркотикам, используют собственные деньги. Потому что у нас настолько бедная организация, что мы не с состоянии оплатить те расходы, которые могли бы быть задействованы.
— В последнее время террористы очень любят грозить терактами на ядерных объектах. Насколько наш Город защищен от возможности теракта?
— На мой взгляд террористов привлекают более доступные объекты: им проще захватить больницу в открытом населенном пункте, какое-то развлекательное заведение, которые не охраняются так, как здесь. Намерение совершить теракт на одном из атомных объектов должно, на мой взгляд, восприниматься больше как бравада.
У нас налажена система «сторожков», которая позволяет отследить появление новых людей в 60-километровой зоне, выявить их интерес к Городу, если он есть.
— Ближе террорист не подберется?
— Да. Любое пересечение границ области чужими людьми фиксируется, нам помогают другие республики, области. Данные об этом мы получаем ежедневно. В 1999 году планировались учения. За два месяца до начала учений, когда еще никаких договоренностей об их проведении не было, мы отследили группу людей, проявляющих интерес к Городу. Тогда мы не знали, кто эти люди, просто сработала система «сторожков». Была ситуация, когда трое дагестанцев купили у одного из местных жителей подержанную машину совершенно не действующую. Думаю, все уже знают, как используются машины в терактах. Потом один из жителей южной республики оставил свою иномарку на заправке в Выксе, мы отследили и эти ситуации, все выяснили.
Тех, кто приезжает в Город, обязательно проверяем, смотрим, чем занимался, что делал последние несколько лет. Если приезжает на постоянное проживание, проверяем более глубоко. Самое интересное, что нам помогают все горожане и жители округи. Подсказывают, если видят постороннего на дачном участке, рынке, у магазина, звонят и говорят — обратите внимание на этого человека, чем-то он нам подозрителен.
— А кто обычно звонит? Люди старшего поколения?
— Нет, и молодежь звонит. Когда проходили учения, было около 300 звонков в день и каждый был проверен. Мы постарались привлечь как можно больше горожан, чтобы гарантированно выполнить задачу. А в повседневной жизни 5−6 звонков правоохранительные органы проверяют в течение дня.
— Так, граница на замке. А насколько надежны новые пропуска? Была информация, что их пытались купить, а могут и украсть, и узнать код.
— Всегда можно найти пути преодоления существующих систем защиты: что создано людьми, люди же могут и обойти. Но с точки зрения надежности новых пропусков я могу заверить горожан, что они имеют достаточное количество степеней защиты. При необходимости количество степеней защиты можно увеличить без увеличения времени прохождения через КПП. Служба безопасности вводила эти пропуска в том числе и для того, чтобы уменьшить очереди, ускорить проход, когда 10−15 тысяч человек в течение часа пытаются выехать из Города.
— Предположим, кто-то купил или отнял пропуск за зоной, выяснил-вытряс необходимую информацию, похож внешне, пришел на КПП. Насколько реальна возможность, что он пройдет в Город?
— Даже сам владелец пропуска знает не больше двух степеней защиты.
— Но ему этого достаточно, чтобы пройти КПП, значит и чужому этого хватит.
— Есть еще компьютер, который сравнивает фотографию с человеком, который проходит, независимо от количества людей, проходящих в данный момент. Есть и другие системы защиты и контроля за пропуском, системы контроля над людьми, которые осуществляют пропуск. Если я всем расскажу, какие именно степени защиты у пропусков, их будет гораздо проще подделать или использовать.
— Хорошо, скажите, а были случаи, когда кому-то удавалось пройти в Город по чужому новому пропуску?
— В течение этого года, по моим данным, были две попытки проникновения в Город. Они закончились задержанием на территории КПП. Всего в течение года службой безопасности и войсками фиксируется более 50 попыток проникновения через периметр и через КПП.
— Кто пытается проникнуть?
— В основном это люди, которых мы по каким-то причинам не пускаем в Город, например, судимые.
Любого, кто пытается несанкционированно проникнуть в Город, может застрелить солдат, как это случилось полтора года назад, или проткнуть щупом, если человека пытаются ввезти в машине под навозом. Системы охраны периметра достаточно надежны.
— У многих секретоносителей есть родственники за границей, а это — реальная возможность шантажа. Были ли такие ситуации? Насколько это осложняет работу по охране гостайны?
— Каких-либо попыток давления на детей наших сотрудников нами не фиксировалось. На 90% они после получения дополнительного образования за рубежом, за исключением тех, кто заключил браки с иностранцами, возвращаются на родину и работают даже в нашем Городе.
Людям, которые работают в Институте и на заводе «Авангард», поступали предложения от иностранцев остаться за рубежом, перейти на работу в зарубежные лаборатории и институты, но ни один их них не согласился. Наверное, это говорит о высоком чувстве патриотизма, воспитанном в период советской власти. А может и веками ранее.
В настоящее время, когда наше государство не могло предоставить работу молодым талантливым людям, никто не волен вмешаться в их решение уехать. Они уезжают за рубеж, но даже если остаются гражданами России, въезд в Город им ограничен.
— Людмила Солонцова, заместитель руководителя аппарата фракции «Яблоко» в Государственной
— Эти цифры не соответствуют действительности. Даже при хороших годах, включая выплаты налогов по инвестиционной зоне, бюджет Города не превышал 1,2 миллиарда рублей. Сейчас бюджет Города в полтора раза больше, чем при существовании ИЗС. Из ИЗС и бюджета Города постоянно, ежегодно оказывалось содействие и Российскому федеральному ядерному центру и заводу «Авангард». В виде отсрочки налоговых платежей, например. Человек говорит, не зная обстановки. Мы смогли с помощью ИЗС поднять ряд московских, нижегородских предприятий, которые стали выплачивать на порядок больше налогов в бюджеты тех городов, где они находились, вне зависимости от того, что они платили еще и нам. Если говорить о масложиркомбинате, мы помогли ему подняться с 20 места на третье в России. Есть и другие примеры.
— Качественное законодательство: продуманные работающие законы — один из аспектов обеспечения безопасности. Принимает ли ваша служба участие в разработке дополнений к закону о ЗАТО? Как вы оцениваете те дополнения в закон о ЗАТО, которые сейчас предлагаются гордумой и горадминистрацией?
— Мы принимаем участие. Я лично написал дополнение к закону о ЗАТО, изложил свое видение проблемы и передал свои предложения председателю думы. Я работал над этими материалами, принимал участие в разработке закона о ЗАТО, в частности в разработке особого порядка безопасного функционирования. Инициативная группа — все вместе — сидели у меня в кабинете и вместе думали, как что сделать.
— Пожалуйста, Ваши поздравления сотрудникам службы безопасности.
— Я всех поздравляю с 85-летием службы безопасности нашего государства, хотя она гораздо старше, и всем желаю мирного неба, счастья, благополучия, радости, всего самого доброго.
Т.Горбачева
